+7 (499) 653-60-72 Доб. 448Москва и область +7 (812) 426-14-07 Доб. 773Санкт-Петербург и область

Случайно сделала переплет свид о рожд ребенка таможня не пропустила билет сгорит

Случайно сделала переплет свид о рожд ребенка таможня не пропустила билет сгорит

В бумажных цветах жалких слов. Это очень неловко сказано; он вообще неловок и в словах и в мыслях, вероятно, потому, что он - честный человек. Говоря, она мягкими жестами оправляла волосы, ворот платья, складки на груди. Говорила она тоном учительницы, и слушать ее было неприятно.

Дорогие читатели! Наши статьи рассказывают о типовых способах решения юридических вопросов, но каждый случай носит уникальный характер.

Если вы хотите узнать, как решить именно Вашу проблему - обращайтесь в форму онлайн-консультанта справа или звоните по телефонам, представленным на сайте. Это быстро и бесплатно!

Содержание:

Я и сам не вполне знаю, к какому жанру отнести эти заметки - они начинаются с дореволюционных семейных воспоминаний, затем подробно рассказывается о влиянии антисемитизма на жизнь моей семьи в СССР и о нашем пути в Израиль и к еврейству, а потом, неожиданно для самого себя, я описываю противостояние "евреев" и "израильтян", конфликт правых и левых в Израиле в самом начале го века.

Я и сам не вполне знаю, к какому жанру отнести эти заметки - они начинаются с дореволюционных семейных воспоминаний, затем подробно рассказывается о влиянии антисемитизма на жизнь моей семьи в СССР и о нашем пути в Израиль и к еврейству, а потом, неожиданно для самого себя, я описываю противостояние "евреев" и "израильтян", конфликт правых и левых в Израиле в самом начале го века.

Несмотря на видимую искусственность такой "склейки" мемуаров и политики, мне такое построение кажется вполне логичным и даже оправданным - хотя бы потому, что это действительно важно для понимания нашей жизни. Безусловно, мой любительский "очерк" истории и нынешнего противостояния левых и правых неполон и сознательно упрощен - я писал его, в первую очередь, для родных и друзей, живущих за границей и очень далеких от израильских реалий, и поэтому кое-что объяснял очень подробно и, наоборот, многое опустил например, концепции "борьбы элит" или "революции сознания" , но надеюсь, что мне удалось ответить на главные вопросы и передать общую идею.

Хотя он давным-давно умер и ни его, ни его сына - моего деда Рувима, в честь которого меня назвали, я в живых не застал и знаю их только по фотографиям, и к нашей сегодняшней истории они как бы прямого отношения не имеют, мне хочется начать свой рассказ именно с них.

Итак, со слов моей мамы, Эле-Янкель Блат родился и вырос в Литве в маленьком еврейском местечке Глубокое Виленской губернии, в бедной религиозной семье.

Это был красивый человек среднего роста, черноволосый, с большой окладистой бородой и большими умными зелеными глазами.

Главным его занятием было изучение Торы в синагоге, куда он уходил рано утром. В этом же местечке он и женился на миловидной, доброй, светловолосой девушке с голубыми глазами. Звали ее Зайделе и она была настоящая "зайделе" "шелковая". В приданое Зайделе получила продуктовую лавку, в которой она проводила целые дни, зарабатывая семье на хлеб.

В теплые времена года это было хорошо, но зимой лавка не отапливалась и мерзлую сельдь из бочки прабабушка доставала руками, руки замерзали и опухали и вечерами она плакала, растирая и отогревая их.

А ее муж, человек ученый и в общем-то хороший, лавкой не занимался, и, приходя из синагоги, задавал лишь один, но самый главный вопрос: Из дос вос цу эсн? Так они и жили, с трудом сводя концы с концами, и вырастили трех детей: Мой дед Рувим Блат уже в 14 лет ушел из родительского дома и переехал в Екатеринослав ныне Днепропетровск , где поступил к пожилому доброму еврею рабочим на маленькую фабрику по изготовлению из папиросной бумаги книжечек для курения.

Мой прадедушка Эле-Янкель Блат Хозяин хотел женить его на своей дочери и передать ему дело, но самостоятельный дед сам нашел себе невесту - очаровательную и весьма образованную девушку Клару Хаю-Крейну Гибгот из Кобрина, мою бабушку.

К тому времени у него уже воспитывалась племянница Хася ставшая потом женой известного врача, во время войны главного офтальмолога Юго-Западного фронта, профессора Айзика Кроля. Я не случайно упоминаю здесь Хасю, так как дедушка и бабушка сделали очень много доброго для Хаси и она отплатила им сторицей - спасла деду жизнь.

А дело было так - к началу революции дед Рувим уже крепко стоял на ногах, ушел от хозяина, открыл свою маленькую фабрику и купил несколько "доходных" домов.

У него работала, в основном, еврейская молодежь, своих работниц он выдавал замуж, а рабочим помогал деньгами, часть из них "ушла в революцию" и несколько парней потом оказались в охране у Ленина. До революции екатеринославская еврейская община была очень бедной, и дед стал одним из руководителей общины и председателем третейского еврейского суда.

Дед был образованным талмудистом, умным, честным и справедливым человеком с юридическим складом ума, хорошо знал законы и мог бы многого достичь, если бы получил формальное образование. Правда, характер у него был жесткий и непростой. Однажды община купила муку для своей бесплатной столовой у каких-то кулаков, на деда донесли, арестовали и тут же приговорили к расстрелу.

Хася побежала к близкому родственнику - большевику Гавриилу Шенкману, но тот наотрез отказался защищать "буржуев" а самого Гавриила, с которым наша семья больше не общалась, арестовали в м, страшно били и издевались, он ничего не подписал, просидел 20 лет, с трудом ходил и умер вскоре после освобождения.

Рувим Блат и Хая-Клара - мои дедушка и бабушка, год А Хася ночью выехала в Москву, один Б-г знает как она нашла там бывших дедушкиных рабочих в свите Ленина, и они дали телеграмму и отменили расстрел. И на этом закончилась благотворительная деятельность деда в екатеринославской общине.

После этого дед решил уехать из Днепропетровска, где его слишком многие знали. В м семья переехала в Киев, где он надеялся стать незаметным, работая простым бухгалтером в конторе. Но в начале х его все-таки нашли, арестовали и привезли в Днепропетровск. Тогда Советская власть, покончив с нэпом и снова не умея заработать деньги, в очередной раз "качала деньги" у населения.

Деда посадили в одиночку, кормили, не били и разрешили молиться, но потребовали, чтобы он, как уважаемый и известный в еврейских кругах человек, помог им получить ценности у "бывших" зажиточных. Потом его выпустили и он объехал "бывших" и смог собрать порядочную сумму денег.

Но товарищам коммунистам этого показалось мало, вскоре они арестовали и привезли в Днепропетровск и бабушку, которая просидела месяц, им устраивали перекрестные допросы, но они не сбились в показаниях и никого не выдали. Судя по всему, советская власть крепко напугала деда, и он весьма осторожно держался подальше от нее, в домашнем кругу называя их "гановим, газлоним ун жуликес" воры, бандиты и жулики.

Он вел по-возможности еврейский образ жизни, ел только кашерное мясо и следил за соблюдением кашрута, но в полной тайне от окружающих и соседей. В синагогу в Киеве никогда не ходил, так как там было полно доносчиков, молился дома или ходил в домашний миньян к знакомым.

Но своим детям еврейского образования дать не пытался, вероятно, понимая, насколько это бессмысленно и опасно. Уже после войны мама узнала, что в эвакуации под двойным дном его чемодана был спрятан листок из мезузы, ставший нашей семейной реликвией. В м у дедушки и бабушки родился сын Моисей, а м родилась моя мама Зинаида, которую назвали в честь Зайделе.

Ее роды были очень тяжелыми, у бабушки было крупозное воспаление легких и кесарево сечение делал на дому друг ее брата доктор Николай Бурденко, будущий знаменитый академик. Благодаря его искусству выжили и роженица и ребенок, а иначе и меня не было бы на этом свете. И нашу семью они не обошли стороной.

К сожалению, теперь уже не у кого узнать подробности, поэтому приведу лишь два эпизода. Во время одного из белогвардейских погромов вблизи Днепропетровска с поезда "сняли" Йосифа Шенкмана мужа бабушкиной тети Сони и Соломона Саповского мужа бабушкиной сестры Фани и прямо на платформе расстреляли только за то, что были евреями.

А обе тетушки остались с малыми детьми: Вторую, почти невероятную историю рассказала папина бабушка Сима Каганова, которая во время гражданской войны жила с многочисленными детьми на Украине, в Конотопе, и с огромным трудом этих детей кормила.

Как-то ворвались в ней в хату очередные налетчики, отобрали последние запасы еды и намеревались ее убить. Спас ее ребенок Лелик, малыш совершенно ангельской красоты с голубыми глазами и золотистыми локонами.

Когда он поднялся с постели и протянул ручонки к погромщикам, те ошалели и с криком "То ж Исусе! Наверное, они когда-то видели подобных ангелочков на иконах - и рука не поднялась А сам красавец Лелик долго не прожил, умер от скарлатины.

Промышленность тогда интенсивно восстанавливалась, заводы монтировали вывезенное из Германии оборудование и инженеры были нужны повсюду - но ее нигде не брали! Она рассказывала, что сложился типичный сценарий ее трудоустройства: Когда этот сценарий повторился 20, 30, 50 раз - стало ясно, что это не случайность, а их методика.

После нескольких месяцев бесплодных поисков и отсутствия денег мама стала думать о самоубийстве, но, к счастью, кто-то помог, и она устроилась инженером-механиком на музыкальную фабрику будучи специалистом по очень сложным трикотажным машинам.

Папе поначалу больше повезло: Он заслуживает отдельного рассказа. Котляревский был интересной фигурой, странной смесью партийного работника и еврея-антисемита. С одной стороны, он окружил себя талантливыми инженерами-евреями и за короткий срок наладил работу на этом заводе, выпускавшем сложную электронно-измерительную технику.

Многие ключевые технические должности главных специалистов и начальников лабораторий занимали еврейские ребята, и работали они не за страх, а за совесть, часто ночуя на заводе. Папа рассказывал, что такое положение вполне устраивало главного инженера должность типично номенклатурная, нееврейская и других начальников - имея под собой умных и преданных делу евреев, они могли быть спокойны за свои места.

Мой папа тоже работал очень много и обычно пропадал на заводе в последние дни каждого месяца, когда они "делали план". С другой стороны, Котляревский опасался, как бы не подумали, что он потакает евреям, и поэтому придирался к ним выше всякой меры, что даже вызывало осуждение у нееврейских сотрудников, манеры у него зачастую были совершенно антисемитские в народе это называется "наш жидок другим жидам спуску не даст!

Однако всему приходит конец. Матвей ушел на пенсию, и его преемник с новым главным инженером в году устроили настоящий кадровый "еврейский погром" - под соусом "сокращения штатов" одним приказом уволили около полутора десятка евреев со всех руководящих постов для разнообразия в список добавили белоруса и украинку, последняя была виновата в том, что неоднократно заставала главного инженера спящим на рабочем месте.

Мой папа воевал с новым начальством как только мог, для него это закончилось тяжелой сердечной болезнью мерцательной аритмией , он долгое время лежал в районной больнице и не погиб, в основном, благодаря помощи опытного кардиолога Льва Давидовича Хазана.

Папа с ним очень подружился и много лет помогал ему ремонтировать и совершенствовать тогда еще громоздкие кардиографы и разную медицинскую измерительную аппаратуру. Когда же папа вышел из больницы, руководство расправилось и с ним - опасаясь увольнять его напрямую, они создали специальный новый отдел и назначили его начальником, а потом опять слили отделы и уволили его по "сокращению штатов".

Для нас это был лучший вариант увольнения, так как не нужно было выселяться из новой заводской квартиры, которую мои родители так много лет ждали. Вообще мои добрые родители как-то сумели совмещать уважение к своему еврейству с полным незнанием всего, что с этим еврейством связано, и поэтому никакого еврейского воспитания или образования я не получил.

Вершиной еврейской учености для нас были Фейхтвангер и Зенон Косидовский. Хотя папа занимал довольно высокий пост главного конструктора крупного завода, он сумел не вступить в партию и держаться подальше от всей этой партийной грязи. При этом родители были вполне лояльны советской власти, я не припоминаю до начала х годов, чтобы мы слушали "голоса" или сильно критиковали систему, просто интуитивно брезговали ею.

Мы не знали абсолютно ничего об Израиле и были от него очень далеки. Я хорошо помню сообщения радио в м году о входе советской армии в Прагу, но о Шестидневной войне я услышал лишь намного позже в отличие от семьи жены, где эта тема обсуждалась и была в центре внимания.

Но зато я сразу же осознал значение печатного слова и важность конспирации! А дело было так - мое детство прошло в центре Киева, на бульваре Шевченко, недалеко от бывшего Евбаза Еврейского базара, на его месте затем построили площадь Победы и цирк. В младших классе у нас образовалась довольно большая группа еврейских детей и еще бОльшая группа антисемитов, которую возглавляла некая Таня, дочь милицейского полковника.

Уж не помню как, но обижала она нас изрядно, поэтому вдвоем с подружкой по фамилии Эстер тогда я, конечно, еще не понимал символичности этого имени мы решили ей круто отомстить: Так как мы не знали, как правильно писать слово "антисемитка" и не уверен, что вообще знали тогда такое слово , то соорудили нечто-то вроде "Танька, ты гадкая ДУРА!

Был большой переполох, полковник приходил разбираться в школу, но мы с Эстер сумели тогда коварно затаиться, и нас не вычислили. Дальнейшее знакомство с антисемитизмом перешло в разряд обыкновенного мордобоя, причем доставалось всегда почему-то именно моей еврейской морде.

Мы переехали в заводской район, где евреев было совсем мало, и там меня лупил целый класс. Были дни, когда я боялся идти в школу и возвращаться домой, так как за мной охотилась группа "энтузиастов", которые объясняли мне, что я парень хороший весь класс у меня списывал , но жид, и поэтому они когда-нибудь меня убьют.

Закончились эти мучения после показательной драки, когда я сцепился с одним жлобом, который здорово меня избил, но я пришел в такую ярость, что ему тоже изрядно досталось; тогда они, видимо, поняли, что удовольствие пускать жидовскую кровь стало слишком дорогим.

При первой возможности родители перевели меня в математическую школу, там евреи составляли четверть класса и были лучшими учениками, поэтому в классе антисемитизм не чувствовался, но этот "недостаток" компенсировала наша директриса, преподававшая нам русскую литературу.

Был год, и из нашего класса уезжал в Израиль мальчик по имени Гриша, я с ним общался мало и узнал об этом как раз на уроке литературы, когда директриса разоралась не на шутку: Но при этом директриса была отнюдь не дурой и отлично использовала тот факт, что у нее было полно евреев-отличников.

Благодаря ей мой выпуск был рекордным в Киеве - 8 медалистов из одной периферийной матшколы, включая 5 только из моего класса. С математикой у меня не было никаких проблем, но с насквозь политизированной литературой было не все гладко - через неделю после выпускного экзамена поздно вечером директриса вызвала потенциальных медалистов в школу, и шипя от злобы, вручила наши сочинения уже с правками и замечаниями и потребовала за ночь улучшить, переписать и отдать ей для проверки в районо.

По-видимому, "свой" человек в районо успел проверил эти сочинения и нашел ряд недостатков, которые могли бы повредить получению медали - вот нам и дали на дому внести исправления - чистейшей воды фальсификация выпускного экзамена. Серьезных грамматических ошибок у меня не было и тема - самая нейтральная рассказы Чехова, только чтобы не писать о руководящей роли сами-знаете-кого , но потребовали - переписал.

Говорят, что и по математике некоторые ребята свои работы переписывали. Так советская власть делала медалистов на "заказ", а премудрая директриса по протекции стала Героем cоцтруда и вскоре ушла в министерство на повышение.

В отличие от Ленинграда, где при хорошей подготовке было реально поступить в большинство институтов, на Украине евреев было намного больше, а поступить почти невозможно. Приведу два примера: Тараса Шевченко. С ее слов, на всех курсах мехмата в конце семидесятых училось ровно два еврея, оба попали туда по очень большому "блату".

Ермолин, член Союза российских писателей; А. Скибинская зам. Собинова, д. Новожилова Вёрстка Н.

По всем вопросам об издании и переиздании обращаться: Литературное агентство "Eggers Landwehr" mascha. Месяц дается на движение до Оренбурга, а оттуда три месяца "через Бухарию и Хиву на реку Индус". Вскоре тридцать тысяч казаков пересекут Волгу и углубятся в Казахские степи

Росту же в новом паломнике было под два метра, и крапива в то лето действительно впечатляла. Оптина пустынь лежала еще в руинах и выглядела как после бомбежки — развалины храмов, груды битого кирпича и горы свалок вокруг. А над руинами щетинились непроходимые заросли — двухметровая крапива и полынь.

Скучное начало нового года - нигде, кажется, более скучного и тяжелого не было. Кашель мучил ночью; встал с головною болью.

.

.

.

.

.

нас должна быть не менее плодородной, чем в крестьянских .. « тотализатор» с ценами на билеты от одного до десяти рублей. .. Есть свидетельство замминистра финансов в. правительстве Колчака - Мелекесса сделал доклад о предстоящей работе. .. Он поднял ребенка на руки.

.

.

.

.

.

Комментарии 15
Спасибо! Ваш комментарий появится после проверки.
Добавить комментарий

  1. niromo

    И можно ли ?

  2. Кирилл

    Тарас, благодарю за грамотную информацию.

  3. Аделаида

    Сами себя проверять будут?

  4. imzareva

    Что за бред! Кто будет жаловаться на зп в конверте, если в конверте вам платят больше чем официалку! И во вторых когда это в Украине простой работник выигрывал суд у работодателя? У того у кого есть деньги и связи! В Украине законы не действуют! Только обычный гражданин Украины может нести ответственость, а на остальных законы не распространяются! Так что в нынешнее время ничего вы не докажете! А только потратите свои деньги последние на услуги юристов, адвокатов и еще и на судебные издержки!

  5. Фортунат

    Все прекрасно понимают, что если на митинг выйдет не десяток-другой сторонников Нэвэльного, а десять-двадцать тысяч спортивных джентльменов с малыми пехотными лопатками, противогазами и касками СШ-68(легко приобретается в магазине Военторг), и сухпайком в сумке(мало ли, вдруг мероприятие затянется.), то сильные и мужественные сотрудники полиции, привыкшие грабить гастарбайтеров или пьяных у метро, дружно возьмут за щеку.

  6. Соломон

    Тогда не берите деньги с населения с зарплат в ПФР! Всё просто.

  7. searchgoodnaton

    Проституция будет легальна. Просто нужно купить абонемент у нотариуса и все

  8. Агния

    Дрова можно в посадках рубить?

  9. Сигизмунд

    Конечно введут, но ни кто даже и слова не скажет, народ такой!

  10. Инесса

    Запрлата ученного должна быть высокой!

  11. Вацлав

    До чого веду- взагалі не розумію тих формальностей, пару кліків, чи дзвінок, і співробітники поліції, при бажанні, вияснять хто ти і шо ти .

  12. Ада

    Европейский Суд по правам человека отменит закон о повышении пенсионного возраста ?

  13. sacrotape70

    Ура Навальный в Украине 🇺🇦

  14. Ладислав

    Все штраф площадки принадлежат местным генералам и деньги за хранение идут им в карман.

  15. Тимофей

    Э́тот закон кому то очень нужен, особенно перед выборами.